reforma-ot-protivnogo--zhelayushhix-pozhivitsya-i-poupravlyat-imushhestvom-ran-stanovitsya-vse-bolshe

Еще раз о ходе и результатах реформы РАН


reforma-ot-protivnogo--zhelayushhix-pozhivitsya-i-poupravlyat-imushhestvom-ran-stanovitsya-vse-bolshe

И снова поговорим о реформе РАН, о ее ходе и результатах. Несомненно, процесс идет и результаты есть. С появлением ФАНО какой-никакой порядок все-таки стал вырисовываться, и мы верим, что в дальнейшем позитивных итогов будет еще больше. Однако, конечно, в момент разобраться со всем бардаком, царившим в РАН, было невозможно. Поэтому в работе ФАНО, увы, есть и недочеты, которые, мы считаем, нужно отмечать – с тем, чтобы избежать их повторений. О том же пишет и пресса.

Недочеты настолько очевидны, что даже президент РАН Фортов говорит о них. Например, вместо того, чтобы сократить штат, в ходе реформы возросла бюрократия. «В четыре-пять раз возросло количество запросов, инструкций, совещаний в виде научной переписки. Она обрушилась на ученых как лавина, не оставляя времени для творческой работы, убивая инициативу, выталкивая молодежь из науки и в конечном счете подрывая нашу конкурентоспособность», – рассказал президент РАН. Им же была высказана мысль, что желающих поживиться и поуправлять имуществом РАН становится все больше». Руководитель ФАНО Михаил Котюков, тем не менее, пообещал бороться с бюрократией, насколько это возможно. Конечно, а что тут еще скажешь.

Но нужно быть решительнее. Нужно не говорить, а делать. ФАНО вообще, на наш взгляд, не хватает решительности и инициативности – Агентство все делает по закону, но как-то медленно и не всегда эффективно.

Ну и, разумеется, вопросы об имуществе РАН, которым хотят распоряжаться очень многие. О нарушениях в этой сфере говорят и пишут, но позитивных итогов значительно меньше, чем хотелось бы… ФАНО погрязло в бесконечных судах по поводу закрепленного за институтами РАН и федерального имущества. Да, это тоже часть их работы, но нельзя заниматься только старыми делами и игнорировать все новые и новые вскрывающиеся махинации. Далеко за примером ходить не нужно – есть недавнее расследование Веры Мысиной о землях РАСХН, но при этом ФАНО то ли случайно, то ли намеренно не замечает его.

По крайней мере, ни с самой Верой Мысиной, ни с кем бы то ни было еще из героев расследования представители ФАНО не связывались. Невольно задумаешься о том, почему так происходит: материал предоставлен, часть работы по его изучению и анализу уже проделана, остается только инициировать проверку и начать действовать.. ..Ведь драгоценное время для возврата земель государству может быть упущено!

И, разумеется, ЧП в ИНИОН. «А пока эксперты лишь констатируют, что в ФАНО, к сожалению, не заинтересовались тем, куда и как ушли средства, выделенные на оцифровку фондов крупнейших научных библиотек. Между тем, после пожара, едва не погубившем библиотеку Института научной информации по общественным наукам РАН сильно пострадал уникальный книжный фонд, насчитывавший 14,2 млн экземпляров на древних и современных языках, выяснилось, что за несколько лет в ИНИОН было переведено в электронный формат всего 7 тысяч книг и рукописей. В отсутствие должной реакции ФАНО, Общественная палата уже сама обратилась к руководству ИНИОНРАН с требованием обнародовать данные о том, сколько из выделенных средств было потрачено на сохранение уникальных произведений в электронном виде». Еще один провал в работе ФАНО. Погрязнув в бумагах, формализме, судебных заседаниях, чиновники Агентства пропускают очень многие актуальные и острые проблемы…

Хочется, конечно, надеяться, что это все еще «болезни роста» и со временем ситуация исправится и работа ФАНО станет гораздо более эффективной. Мы возлагали большие надежды на реформу РАН и пока еще продолжаем надеяться на лучшее.